Доктор Людмила Ганжа в проекте “100 историй успеха украинских докторов”



ЛЮДМИЛА ГАНЖА

дерматовенеролог, косметолог, г.Донецк 

М.А.: Людмила, что для Вас успех? 

Л.Г.: Как сказала мой астролог: «Успех – это твое второе имя». Нумеролог подтвердил. 

Гай Юлий Цезарь сказал: «Ничто не сопровождается большим поражением, чем успех». Когда человек на вершине и чего-то достиг, то иногда даже случаются курьезы: люди все бросают, уезжают в деревню, некоторые спиваются или проявляют суицидальные попытки. Не каждый готов к успеху. Но и успех не к каждому приходит.

М.А.: Почему не каждый доктор становится успешным?

Л.Г.: Во-первых, не каждый доктор в себя верит. Во-вторых, не у каждого доктора есть цель: «Не навреди». Если доктор приходит с целью наживиться, то клиенты чувствуют это. Если доктор обращает внимание только на состоятельных клиентов, то он не успешен, доктор должен работать с любым классом. Доктор должен быть 100-долларовой купюрой и нравиться всем: людям разного класса и разных сословий.

М.А.: На Ваш взгляд, успешность человека измеряется материальными ценностями или духовными?

Л.Г.: Я считаю, что не общество решает, насколько ты успешен, решает конкретный человек. Себя можно сравнить только с самим собой, поэтому насколько ты успешен – решаешь только ты сам. Однажды у меня была попытка уйти в монастырь. И мне сказали: «В монастыре легко, в социуме сложно. Попробуй быть в социуме». Если человек духовный, то материальная сторона к нему приклеится. Ты не уйдёшь от этого, духовность – это лайк к карме. 

Духовное и материальное идут за руку. Если ты обеспечен только материально, а духовно ты пуст – это не успех. Это деградация. Если только духовная составляющая – ты просто пойдёшь по миру. Поэтому успех – это совокупность.

М.А.: Почему выбрали медицину и косметологию в частности?

Л.Г.: Я из тех людей, которые с детства знают, кем станут. У меня были кошечки, собачки, которым я оказывала разного рода услуги. Бинты, зелёнка, градусник – в ход шло всё. Позже я решала кем стать: юристом или врачом. Слава богу, я не стала юристом. Я хотела быть хирургом. Но мой дядя притащил меня в гнойную хирургию, поставил меня и сказал: «Все, ты хирург. Приступай!». Я очень быстро «пролечилась» от гнойной хирургии, поняла, что для женщины быть хирургом – не иметь семью. Это большая нагрузка. Быстро выгораешь. 

Косметологом я стала случайно. У меня высокая планка и мне всегда нужно поднимать эту планку, соответствовать. Я пошла на курсы по косметологии, чтобы научиться ухаживать за собой. С этого все и началось. Я человек верующий. Я верю в то, что меня ведут. Кто-то скажет, что это интуиция, кто-то скажет, что это духовность. Для меня это и то, и то.

М.А.: Какими были Ваши студенческие годы? 

Л.Г.: Мои студенческие годы были тяжелыми. Я вынуждена была выживать. Я работала на нескольких работах, свободного времени у меня не было вообще. Я оплачивала свое обучение. Поэтому курьезных случаев у меня практически не было. Диплом я получала по пути на работу. К сожалению, у меня все было именно так.

М.А.: У каждого ли молодого специалиста должен быть наставник? Почему?

Л.Г.: Обязательно. У каждого молодого специалиста должен быть наставник и желательно не один. Во-первых, чтобы наставник не поймал звезду. А во-вторых, учитель должен быть. Главная задача не навредить. Мы постоянно учимся. Вот я сейчас прошла обучение по неотложке и дальше буду учиться. Процесс обучения очень интересен. Мы ездим на конференции не только за информацией, но и за общением, обменом опытом. Мы придумываем что-то новое, общаемся с интересными людьми, у каждого свои мысли, свои идеи. Уважение к другому доктору очень важно. Современная бьюти-индустрия расшатывает лодку врачебной коллегиальности. 

М.А.: Кого Вы можете назвать своим наставником? Кому Вы благодарны?

Л.Г.: Первый специалист, который меня учил, – это Ирина Сидоренко. Второй – Оля Чаленко. Я её люблю, ценю, уважаю как специалиста. Это, наверное, любовь навеки.

Далее Ира Капшученко, Сергей Дрыга. Мне понравилось знакомство с юным специалистом Тарасом Барановым. Мне нравится Ира Бондаренко. Мы были с ней в поездке. Она стена. Мне нравится Лариса Гринчук. С ними со всеми я дружу. Также мне нравится Перехрест, Кобец, Бородько – уважаю его как специалиста. Я дружу с Антонюк, мне нравится её работа, её статьи. Я могла кого-то не назвать, не хочу обидеть, я перечислила тех, с кем общалась последнее время. Мы все друг для друга учителя, мы постоянно обмениваемся опытом.

М.А.: Сколько лет Вы в медицине? Каким был Ваш путь?

Л.Г.: Мой путь в медицине был тернистым. Я работала в одном из престижных салонов. Изначально я хотела быть невропатологом, т.к. моя карьера в косметологии начиналась с работы по телу. Но одна моя клиентка, очень мудрая женщина, сказала: «С твоей внешностью и твоими руками не стоит губить себя в неврологии. Невропатолог – специальность специфическая. Там люди не выздоравливают. Ты ведешь их до конца. Иди в косметологию. У тебя хорошо получается. Я вижу тебя именно косметологом». 

В роли косметолога я попробовала себя в этом же салоне. С него и началась моя карьера. Это была судьбоносная встреча. У меня в жизни попадаются такие люди, с которыми поговоришь и становишься окрыленной. Вот эта женщина меня вдохновила, дала мне ответ на мой вопрос «Кем стать?». 

Когда я решила, что нужно попробовать себя в дерматологии, то начала ходить на кружок. Меня абсолютно не пугал термин «сифилис». Я закончила интернатуру дерматовенерология, работала в поликлинике на приеме. Я скажу, что дерматология моя любовь. Когда я начала работать, то мне пригодился опыт, который я приобрела в горполиклинике на приеме. Он мне помог работать с пациентами. В поликлинику приходят люди разных статусов и сословий, с разным психическим состоянием. У меня были люди с явными психическими заболеваниями, поэтому та стойкость, которую я приобрела, – я приобрела её в поликлинике. Потом я была дерматологом профосмотра. Это нечто! Всё-таки азы гигиены людям нужно прививать с рождения. 

Я подписана на наши профессиональные группы, в свободное время читаю статьи. Но когда мои клиенты обращаются с кожными проблемами и я понимаю, что это не моё – я не обязана ставить диагноз, я направляю к специалисту, который конкретно этим занимается. Мне за это не стыдно абсолютно. Я потом начинаю читать, интересоваться. За годы обучения дерматологии и работы в поликлинике я поняла, что мне нравятся сложные диагнозы. Я шла в косметологию без опыта. Знания, которыми ты не пользуешься, забываются. Сейчас я выделила время и восстанавливаю знания по дерматологии. Я общаюсь со своими коллегами. Мы обсуждаем интересные случаи. Вот сейчас попался очень интересный случай. Девочка обратилась, попросила посмотреть. Также я планирую пройти обучение по дерматоонкологии, для меня это номер один. Но в любом случае каждый должен заниматься своим делом. Невозможно объять необъятное. Я уважаю семейных врачей, потому что это очень сложно. У памяти безграничный ресурс, человек должен этим пользоваться, а если не пользуется, то забывается. Но если случается врачебная ошибка, то нужно иметь в виду, что невозможно все запомнить, мы не вундеркинды, нам нужно это все повторять. Даже постоянно повышая свой интеллект, уровень развития невозможно все знать. Конечно, профессора знают очень много, но если попадается сложный случай, то собираются консилиумы. Уважаю специалистов, которые готовы признать, что это не их случай и нужно разбираться. А человек, который много на себя берет, это не специалист. Специалист должен понимать, что во всём нужно разбираться, нужно смотреть. Очень много пациентов приходят с интересными случаями. Мне нравится разбираться в проблемах кожи головы. Но несмотря на то, что я дерматолог, я направляю к более узким специалистам, к трихологу, потому что должна быть работа двоих. 

Несколько раз я была переутомлена, но не работой, а общением. Я пыталась изменить специальность, уходила из своей специальности, но нет, это моё.

Я хотела полностью выйти из медицины и попробовать себя в йоге, в спокойных практиках. Но в итоге йога у меня идёт только в определённый цикл моей жизни.

М.А.: Оглядываясь назад, можете ли Вы сказать, что в той или иной ситуации стоило принять другое решение?

Л.Г.: Я никогда ни о чем не жалею. Каждый год я сравниваю себя с собой прежней. У меня ни разу не было ситуации, после которой бы я сказала, что надо было поступить по-другому. Я оцениваю то, как я поступила, оцениваю результат и не жалею ни о чем. Всё так, как должно быть.

М.А.: Возможно ли достичь профессиональных высот, не набив «шишек»?

Л.Г.: Такого не бывает. Опыт – сын ошибок трудных. Я считаю, что нужно честно говорить пациенту: «Вот эту методику я сейчас осваиваю. Вы готовы осваивать её вместе со мной?». Не нужно говорить, что ты Бог косметологии. Нужно быть предельно честным и тогда будет меньше ошибок. 

М.А.: Какой из медицинских случае в Вашей практике был наиболее сложным?

Л.Г.: Я колола одного известного в городе адвоката. На следующий день у неё пошёл жуткий отёк. Я бросила работу, поехала с ней в отделение челюстно-лицевой хирургии. Очень долго объясняла челюстно-лицевым хирургам что произошло и какие мои мысли по этому поводу. Но мнение коллег было предвзятым: «Вы косметолог!». Спасибо Елене, моей пациентке, за доверие! В итоге оказалось, что у человека была проблема с зубом, о которой она не знала до косметологической процедуры. После пошло обострение. Но изначально проблема была с зубом. Если бы ситуацию сразу не разрешили, то итог был бы плачевный. Мне повезло с клиентом. Она поняла, что это не моя ошибка, оценила то, что я бросила работу и поехала с ней, поддерживала её, не отвернулась. Это был сложный и поучительный случай для меня.е 

Мы с ней дружим, она замечательный человек. 

Вот такие случаи ставят завышенную самооценку на место, и ты начинаешь понимать, что все в мире смертные и никто не лишен ошибок. 

М.А.: Ваши профессиональные цели были изначально высокими или они росли вместе с Вами?

Л.Г.: Я не ставлю себе высоких планов, целей. Не успеваю. У меня были цели на год, я писала себе, чего хочу. Но последние годы у меня единственное желание – чтобы был мир. Оказалось, что всё остальное это ерунда. Я много читаю, много учусь, посещаю конгрессы, общаюсь с коллегами, учусь у них. Мне не стыдно учиться, не стыдно сказать, что я в чем-то некомпетентна и поехать к более компетентному человеку за помощью. 

М.А.: Какое качество не лучший спутник доктора? И наоборот, без какого качества не построить карьеру медика?

Л.Г.: По мне, самое плохое качество – жажда наживы. Любой ценой. Если человеку не показана эта процедура, но доктор идёт на поводу у пациента и вредит здоровью – это неприемлемо. 

Также невозможно построить профессиональную карьеру доктора без эмпатии. Нужно чувствовать человека, его настроение, потому что иногда клиенты приходят не потому, что им нужна эта процедура, а потому что им плохо. Например, у клиентки ушел муж, и она думает, что если сделает губы – он вернётся. Но ведь проблема абсолютно в другом. В итоге ты можешь быть виновата в том, что муж не вернулся. И будет тебе большой минус, ты потеряешь человека. Без эмпатии в медицине делать нечего. Особенно в косметологии. Человека нужно чувствовать. Это тоже труд. Этому нужно учиться. Увы, даже несмотря на мой опыт, я людям верю, за что иногда бывает расплата. Бывает так, что люди узнают что ты за человек и играют на твоих слабых сторонах. Люди просят сделать процедуру, а деньги обещают заплатить позже. Потом, когда-нибудь… Такие люди есть. Это мошенники. Подобные случаи хоть раз в год, да случаются. И каждый раз ты к такому не готов почему-то. Я, например, миру доверяю. Последний раз я подумала: «Спасибо, Боже, что деньгами». Ведь лучше расплатиться деньгами, чем здоровьем или жизнью близких. Ты не обеднеешь, а этот человек не разбогатеет. К тебе все равно это вернётся. Пожелай лёгкого пути и отпусти. 

У меня в жизни бывали бумеранги, когда преодолевала гордыня по отношению к своим коллегам, но я сразу себя успокаиваю, потому что как только ты ловишь звезду – у тебя случаются проблемы. Гордыня – это сложное качество. С этим нужно быть осторожным. У каждого человека есть тёмная и светлая сторона. Благотворительность очень хорошо отзеркаливает тёмную сторону. 

Я была однажды в Цюрихе на Хэллоуин. И там была такая витрина: с одной стороны тёмный ангел, а с другой – белый. Я сфотографировала витрину, а потом, когда смотрела фотографии, то увидела, что я отражаюсь на тёмной стороне. Я была одета в светлом. Я восприняла это как отклик моего внутреннего состояния. Когда мы сталкиваемся с тёмной стороной своей души, мы эту сторону отвергаем. Когда ты занимаешься благотворительностью, то начинаешь гордиться собой. Я прочитала книгу «Отклики гордыни». Прочитала два раза и положила её себе на стол, потому что гордыня это не только нарциссизм, есть и другая её сторона – гордыня благотворителей. Очень легко подсесть на крючок гордыни и потом судьба начинает преподавать уроки.

М.А.: Но разве тот факт, что Вы делаете такое большое дело, не превалирует? 

Л.Г.: Когда я только начала ездить в детдом, общаться, то привозила детям очень много подарков, канцелярии. Потом я несколько раз приехала с пустыми руками и на меня никто не обратил внимания, ко мне даже никто не подошел поздороваться. Вот и вопрос: «Ты благотворитель или чинишь зло?». Когда ты каждый раз приезжаешь с пустыми руками – тебя встречают, тебе рады. А если ты всегда ездишь с подарками, а потом приедешь без ничего, то чай с тобой будут пить единицы, остальные развернутся и уйдут. 

Что делать, если ты перестал помогать и тебе плюнули в лицо? Ты обидишься. Погрузишься в обиду. Потом у тебя появится чувство вины. Агрессия в себе. Почему? Потому что ты на свои нужды забил и кому-то помогал. 

Это не поголовно, это один из вариантов. Но я когда первый раз с таким столкнулась – была шокирована. Пошла агрессия на себя. Я проработала эту проблему с психотерапевтом и поняла, что это тёмная сторона благотворительности, которая рано или поздно проявится. Была ситуация, когда я сдавала кровь для ребенка. Но мне нельзя быть донором, у меня противопоказания, но я как медик знаю как эти противопоказания обойти. Мне стало плохо. Я принесла себя в жертву, но сдала эту кровь. Ну в итоге, мне не сказали «спасибо». Я это проигнорировала. Слава богу, ребёнок выжил. Когда я сталкиваюсь с этими людьми, вспоминаю, что поиздевалась над своим здоровьем, но всё-таки сдала кровь. Это гордыня. Вот она сторона гордыни. Ты думаешь, что такой классный, но жизнь поставит на место.

М.А.: Что послужило толчком для начала благотворительной деятельности?

Л.Г.: Это не начало. Это продолжение. Я с детства такая. Когда я была маленькая, то дворовую собаку сбила машина. Я понимала, что домой эту собаку притащить нельзя, мои родители против. Я сделала ей шалаш и выхаживала ее. Она стала на ноги, выздоровела. У неё была кличка Горбатая, потому что у неё неправильно сросся позвоночник, но она дожила свой век у нас. 

Желание взять ребёнка из детдома тоже с детства. Я долго думала, почему я хочу это сделать. Первый ребёнок у нас Алиса. Добрый, радостный. Спасибо службам, что посоветовали нам ее. А второй ребёнок – Катя, сложный. Она как лакмусовая бумага. В ней проявились мои тёмные стороны: воспитание, терпимость, сострадание. Я когда с этим сталкиваюсь – пытаюсь понять, что это. Это мой ребёнок, я чувствую, что она моя дочка, это ребёнок, рождённый сердцем. Я не хочу от неё отказываться, слава богу, что мой муж меня поддерживает, моя мама и моя свекровь меня поддерживают. Это такой опыт, который не каждый может получить. Ты сталкиваешься с собой. Ты злишься не на ребёнка. Ты злишься на себя за то, что не можешь принять, простить. Мы привыкли вешать на всех ярлыки. Это опыт для сильных. Это развитие колоссальное: и внутреннее, и духовное. Из этого опыта никогда не выйдешь прежним даже если просто будешь ездить по детдомам как наставник, общаться с детьми.

Многие думают, что будут плакать если поедут. Я тоже так считала, но это не так.

Есть замечательные дети, ради которых стоит ездить и помогать, а есть дети, по которым видно, что их судьба определена. Они больше всего нуждаются в помощи. Сложным детям нужен поводырь с очень сильной энергетикой, эмпатией, потому что этих детей нужно спасать, им нужно помогать.  С удобными детьми легко, как и с детьми, которые уже состоялись, глядя на свое детство, своих родителей, – попробуй с этими детьми пообщаться, помочь. Духовность начинается отсюда, с общения с такими детьми.

М.А.: На Ваш взгляд, как вовлечь людей в благотворительность?

Л.Г.: Никак. Человек или хочет, или не хочет. Если человек не хочет – это бесполезно. Нужно начинать с себя. Расскажи свои эмоции, чувства, опиши правду. Наше общество не любит правды. Все хотят, чтобы было ванильно, зефирно. А ведь правда абсолютно другая. Все привыкли жить во лжи, девственность восстанавливают. Поедь в детдом и пообщайся с ребёнком, который уже покатился, и посмотри на свою кристальность и чистоту, что с ними станет.

М.А.: Если бы у Вас была возможность искоренить любой человеческий порок у всех людей на планете, что бы Вы выбрали?

Л.Г.: Я думаю, гордыня. Гордыня портит отношения между людьми, между детьми и родителями. Это словно ласковый убийца, который сидит в каждом человеке и тихо шепчет на ушко. Уберите это качество и подумайте, что будет с людьми? Они не будут стараться быть лучше кого-то, не станут обливать грязью кого-то, между детьми и родителями не будет плохих взаимоотношений. Ни деньги портят людей. Люди испорчены изначально. Человек всегда таким был, просто проявилось нутро.

М.А.: Как Вы воспринимаете перемены в жизни?

Л.Г.: Когда у меня в жизни случаются перемены – первое время я немножко офигеваю. Потом сажусь и думаю. Почему-то пока меня судьба не стукнет – я редко думаю. Я по гороскопу овен. Я думаю потом. Мои перемены в жизни очень тяжелые. Они все резкие и мало кто справится с таким потрясением, которое я пережила в своей жизни. В моих переменах только духовный рост. Духовный рост тянет за собой материальный, поэтому о материальном я и не переживаю вообще, оно как-то само. 

Я могу сравнить свои перемены в жизни с тем, как ты стоишь на стуле и балуешься с веревкой. Вдруг стул выбили, и ты не успеваешь спрыгнуть. Например, когда в 2014 году к нам пришла война. Мне об этом говорили, но я категорически не верила.

Это твой рост, это твой путь, и ты пройдёшь этот путь. Кому суждено пройти этот путь – он пройдёт его. Просто ты или принимаешь это с благодарностью, или ноешь, но это как стиль жизни. Нужно уметь быть жертвой. Я не жертва. Я все воспринимаю с радостью. Нужно анализировать и думать, тогда можно найти позитивные стороны.

М.А.: А не было желания все бросить и убежать?

Л.Г.: А куда бежать? Куда улитка убежит без домика? Она засохнет. У меня есть люди, которые уехали, но они как выкопанное дерево. Их выкопали, но не пересадили. Они ждут пересадки, пересадка не наступает. Тебе хочется в землю – а её нет. От себя не убежишь. Можно уехать куда угодно, ну что ты с собой будешь делать? Поэтому нужно вначале разобраться с собой, а потом переезжать.

Страха нет никакого. Просто неопределённость достает твою агрессию, страхи, уныние. Ты себя познаёшь. Это то дно, на которое ты опускаешься для знакомства с собой. Ты спускаешься на дно и видишь там себя без маски. В такой ситуации неважно каким тебя видят окружающие. Когда ты видишь себя с таким багажом – понимаешь, что некуда деться. Нужно работать над собой, а потом устраиваться на работу и т.д.

Многие люди носят весь негатив с собой, а потом выливают на первого встречного. Нужно проработать это все, а потом ехать куда-то. Да и бежать некуда. Это твой дом.

М.А.: У Вас есть хобби? Как восстанавливаете силы после сложного дня?

Л.Г.: Мне нравится вышивать бисером. Когда совсем все плохо эта монотонная микроработа выключает мозги. У меня две дочки и два сына. С сыновьями я люблю 3D-мозаику пособирать. А, например, по четвергам мы играем в лото. По выходным мы обязательно куда-то ходим. Мой дом – моя крепость. Я дома восстанавливаюсь. Я из тех людей, которые всегда идут домой. Есть такая практика благодарения. Это когда утром ты благодаришь за то, что ты проснулся, а вечером за то, что прожил этот день. Если ты учишь этому детей, если ты делаешь это регулярно, то в твоей жизни не будет ничего плохого. Ты понимаешь, что то, что ты можешь дать детям – это самое лучшее. Я благодарна за утро, за вечер, за то, что имею. Если тебе плохо, нужно сравнить себя с кем-нибудь, кто вообще ничего не имеет. И все нормально. Все замечательно.

М.А.: Поделитесь традициями, существующими в Вашей семье

Л.Г.: У нас есть собака из приюта, кот из приюта. Мой муж предпочитает вечером с собакой гулять без меня, потому что я постоянно кого-то нахожу – кто-то где-то мяукает или лает, и у нас появляется животное, которому потом ищем дом. Мы играем в лото, в города, в прятки. Я люблю отдыхать только с семьей. Я и отдыхаю только с семьей. Я рано потеряла отца. Отец привил мне любовь, и я буду нести её, передавать своим детям. Мне повезло с папой, мне повезло с мамой даже несмотря на тяжелое детство. Мы с детьми разговариваем, обсуждаем, беседуем, выбираем место для отпуска. Я с детьми люблю кататься на роликах, на коньках. И вот в это время ты впадаешь в детство. Дети возвращают тебя в детство. Ты вспоминаешь себя, что тебе нравилось. Дети – это твоя связь с твоим собственным ребёнком. Чем больше ты проводишь времени с ребёнком, тем это интереснее. Мои дети в этом году сделали мне шикарный день рождения: сделали подарки своими руками, подготовили стихи. Я очень растрогалась и понимаю, что всё не зря. Дети – это гордость. Они замечательные.

Я понимаю, что к сорока жизнь только начинается. Я всего достигла и сейчас наконец могу насладиться жизнью. Раньше ты ради карьеры постоянно бежал, а сейчас лапками сметану взбил и больше не надо этого делать. Это счастье. 

Многие считают, что в 40 лет всё скучно. На самом деле нет. Я сейчас отдышалась, посмотрела назад, оценила ситуацию и поняла, что сейчас стало интересно. Сейчас жизнь наполняется смыслом и становится все интереснее и интереснее. Судьба подкидывает интересных людей. Например, вчера я ехала с женщиной 90 лет. Она пережила голод, но она в полном здравии, не носит очки, у нее здоровые зубы, с ней очень интересно общаться, потому что человек старше меня на 50 лет. Она путешествует. Я настолько прониклась этой встречей. 

Я считаю, что если ты любишь жизнь, строишь планы, хочешь чего-то добиться, то энергия на это все будет поступать. Двери будут открываться.

М.А.: Какой Вы видите свою жизнь через 30-40 лет?

Л.Г.: Я думаю, что где-то в горах у меня будет домик. У меня там будет расти клубничка, будет там сад-огород. Я бы хотела уединиться от городской суеты и заниматься там медитацией. Мне интересна подготовка к другой жизни. Мне хочется, чтобы мы с мужем дожили до этого возраста и жили для себя. Ну и, конечно же, побольше внуков, чтобы все приезжали в гости. У меня сейчас складываются очень хорошие отношения с детьми, и я надеюсь, что я их не испорчу. Я думаю, что в будущем это все будет очень интересно. Еще хочется получить новые навыки, выучить новый язык. 

М.А.: Какой жанр фильмов предпочитаете?

Л.Г.: Я не смотрю телевизор, у меня нет дома телевизора.

М.А.: Книги читаете? Какие?

Л.Г.: У меня дома очень много книг по психологии, в том числе потому, что у меня сложный ребёнок. Я не люблю романтику, я это все перечитала в определённом возрасте. Для меня важно понимать человека. Но я не психолог. И никогда не буду психологом. Мне не интересно ковыряться в чужой голове. У меня есть своя. Мне интересны научные статьи с доказательной базой. Например, пластичность мозга, возможности мозга. Сейчас я перечитываю анатомию, потому что в определённый период жизни все стерлось. Мне интересно почитать про маньяков, психопатов. Это сложная тема, но с ней встречаешься увы. Хочется подстелить соломки, но каждый раз, когда встречаешься с такими людьми, ты понимаешь, что к встрече с ними не готов. К таким людям нет подхода, они совершенно непредсказуемы. Непонятно чего от них ждать. Психопаты охотятся за успешными. Им не интересен средний класс, серая прослойка. Человеку и так плохо, поэтому он не может ему навредить. Выбирает успешного человека. Ему интересно играть с успешным человеком, расшатывать. Например, он начинает перевирать все, что ты говорил, ставит с ног на голову и когда ты с этим сталкиваешься – это очень сложно. Ты понимаешь, что это определённый опыт и ты его не проходишь.

М.А.: Что, на Ваш взгляд, формирует будущего человека: события из детства или воспитание?

Л.Г.: Бывают проблемы с ребёнком. Я себе говорю, что это из-за того, что не уделяла ребёнку достаточного количества внимания. Я много работала, работала с рождения ребёнка и действительно уделяла мало внимания. Но тут же приходит ответ: другая мамочка, возраст тот же, но эта мамочка отдала ребёнку всё, семейная иерархия у них в семье построена как положено, и мама, и папа занимались ребёнком. Но при этом ребёнок такое творит… Я смотрю на своего и понимаю, что он делает то же самое, но в мягкой форме, и говорю: «Спасибо, сын, что ты нормально проходишь свой переходной возраст». Поэтому не нужно себя винить. Чувство вины разрушительно. Чувство вины приводит нас к заболеваниям. Не должно быть чувства вины. Ты дал то, что мог дать. Ты не можешь дать другому то, чего у тебя нет. 

Многие психологи говорят, что вот у ребёнка было такое в детстве и поэтому так все закончилось. Нет! Я с этим не согласна. Я прочитала книгу «Осколки детских травм». Там прописаны разные случаи. И вот там описаны примеры, когда озлобились люди, совершенно не травмированные в детстве. А те, которые перенесли испытания серьезные, они, наоборот, смягчились. Дети, которые видели насилие, они не всегда становятся насильниками, они не всегда несут насилие в мир. А те, которых любили, приносили им все на блюдечке с золотой каемочкой, они могут вести себя довольно агрессивно, хотя агрессию никогда не видели. Эти моменты очень интересные. 

Мы привыкли задаваться вопросами, но не всегда видим ответы на свои вопросы. Для того, чтобы увидеть этот ответ, нужно понять, что ты здесь и сейчас. У меня несколько раз было такое, что я вылетала на встречную полосу на машине. Буквально секунда до столкновения, но ситуация разрешалась нормально. Я выходила из машины не понимая, что это было. Очень важно находиться здесь и сейчас. Я занимаюсь практикой осознанности, но она дается мне сложно, я постоянно витаю в облаках, а нужно находиться здесь и сейчас. Это помогает жить.

М.А.: Как Вам удается все успевать и совмещать?

Л.Г.: Я не успеваю. Если раньше я пыталась успевать: писала себе записки, все планировала, то сейчас я выбросила свой блокнот и делаю то, что получается. Иначе никак. У меня была ситуация, когда я взяла клиента в нерабочее время. Я его не записала, естественно забыла и ушла. Клиент на меня обиделся. Это стало для меня опытом: не надо брать людей в нерабочее время. Или, например, ты берёшь клиента в выходной день, а он не только тебя не благодарит за отличную работу, но ещё и навешивает на тебя. Это тоже опыт, теперь в выходные не работаю. Жизнь учит. Просто ты или учишься, или набиваешь шишки.

М.А.: С каким современным бьюти-трендом Вы категорически не согласны?

Л.Г.: Я категорически не согласна, чтобы процесс нашей работы выставляли в социальных сетях. Во-первых, я считаю, это интимный процесс. Людям не нужно знать, как это делается. Многие этого боятся. Я, например, канюлю некоторым вообще не показываю. Говорю: «Вам это не надо. Не переживайте. Всё хорошо». Проблема в том, что люди, не имеющие необходимого образования, смотрят YouTube, Instagram, смотрят как это делается и начинают калечить людей. Люди покупают себе откопированные непонятные дипломы, прослушивают курсы, смотрят как в YouTube губы делают и пишут, что они доктора, которые делают губы. А на самом деле диплома нет и никогда не было. Информация интимная, человек платит деньги, чтобы учиться. И такая публикация — это проявление неуважения к званию доктора. Мы столько лет учимся, усовершенствуемся. В итоге этот процесс можно посмотреть где угодно. Бывает даже заявляют пациенты: «Я смотрела, это не так делается!». Что ответить? Вот тебе шприц, вот зеркало – коли. 

М.А.: Как Вы считаете, специалист, который научился колоть в YouTube и его пациент, который согласился на такую процедуру, – они несут совместную ответственность?

Л.Г.: Это естественный отбор. Вы же не пойдёте рожать или лечить зубы к соседке, потому что она в YouTube насмотрелась как это делать. Почему вы не идёте делать имплантацию у специалиста самоучки? Он же в YouTube видел как это делается! Так почему же вы идёте колоться к таким псевдоспециалистам? У докторов тоже бывают ошибки, но доктора эти ошибки признают, и доктор может человека реабилитировать. А что сделает этот псевдоспециалист? Посмотрит в телефоне ролик? Многие говорят: «Она сказала, что она доктор!». А вы диплом её видели? Я знаю таких людей, у которых нет образования, но они пишут, что они доктора и обязательно пишут, что делают губы. Губы делают все, кому не лень! 

Нужно уважать себя. Если ты уважаешь себя, то уважаешь и доктора, который обучался, который потратил время, ведь не просто так учатся семь лет. А если не уважаешь себя, то какая разница у кого делать?

Иногда спрашивают: «Вы колите такой препарат?». Боже упаси! Я такое даже в руки не возьму. А если говорят: «Мне сказали, что это хороший препарат», то отвечаю: «Вот кто сказал, к тому и идите. У этого препарата нет сертификата и этот препарат не зарегистрирован!».

Ещё тоже иногда говорят: «Я себе в интернете заказала, Вы можете мне уколоть?». Нет! Вот вам зеркало, перчатки, спонжики и колитесь сколько хотите!

К стоматологам же не приходят со своими пломбировочными материалами!

Отсюда идут истоки неуважения, доктора выставляют на всевидение. Да, они бьюти-блогеры, но можно ж без этих интимных подробностей обойтись? 

Эта мода на выставление всего – ужасна! Гинекологи тоже уже транслируют всё. Вот проктологи и гастроэнтерологи почему-то отстают)))))

В YouTube постоянно идёт навязчивая реклама и меня это раздражает, я готова даже музыку не включать, лишь бы не видеть эту рекламу. Подсознание уже разобрали по полочкам и влияют на людей всячески. Какой-то век потребительства!

М.А.: Какое из направлений эстетической медицины, на Ваш взгляд, более приоритетно в будущем?

Л.Г.: Профилактика. Будущее, как эстетической, так и общей медицины в профилактике. Я считаю, что это направление будет занимать ведущую позицию.

М.А.: Назовите главного врага женской молодости и привлекательности?

Л.Г.: Из опыта общения со своими клиентами могу сказать, что это алкоголь. Потеряешь лицо и в прямом, и в переносном смысле слова.

М.А.: В каком возрасте женщинам можно начинать знакомство с эстетической медициной, а в каком нужно?

Л.Г.: С рождения. Мама с рождения должна прививать гигиену и правильный уход, подбор средств. Мы же стареть начинаем после рождения, значит нужно заниматься этим всем сразу. У моих детей полностью всё есть, я рассказываю, показываю, как правильно этим пользоваться. С мальчиками немного сложнее: у меня один растёт метросексуал, а другой настоящий мужик, которому это всё чуждо. Я рассказываю, объясняю, без агрессии, аккуратно, по чуть-чуть. Это невозможно привить моментально, нужно, чтобы ребёнок понимал, что это естественно, так же как и гигиена полости рта, как и в принципе гигиена.

М.А.: Растет ли количество пациентов-мужчин? С пациентами какого пола Вам комфортнее работать?

Л.Г.: Мне проще работать с женщинами. Люблю женщин. Мне повезло с моими клиентами. У каждого доктора свои клиенты. Я считаю, что нет лучшего доктора или лучшего косметолога. Для каждого пациента самый лучший доктор – свой. У каждого свои запросы. Каждый ищет человека по своим запросам. У меня даже были такие случаи, когда я честно говорила: «Я не ваш специалист. Мы не на одной волне. Лучше поискать кого-то другого». 

Я с мужчинами работаю, но не сильно люблю. Иногда мужчины включают альфа-самца и пытаются взломать твои границы. Мне это не нравится, я в эти игры не играю и предпочитаю на это свое время не тратить. Сразу видно клиент пришел за процедурой или в поисках сексуального партнёра. Я девушка яркая, поэтому приходится отстаивать свои границы. Я предпочитаю или не брать пациентов-мужчин, или отсылать их к другим специалистам. 

М.А.: Что такое счастье? 

Л.Г.: Это понятие, которое я ещё не поняла. Счастье для женщины гормонально зависимо. Бывают дни, когда ты совсем несчастлива. Я понимаю, что это гормоны, и никакого отношения к настоящему счастью они не имеют. Если гормональная стабильность есть, то и отношения в семье лучше, и на работе хорошо. Поэтому счастье – это когда у тебя гормональное зеркало в порядке.

М.А.: Ваше полное имя Людмила. Почему Мила?

Л.Г.: У каждого человека есть периоды взросления. Когда я была подростком, я себя не воспринимала. Был период, когда хотелось поменять имя, фамилию, образ. Был в моей жизни значимый мужчина, которому я очень благодарна. Я желаю каждой женщине, чтобы у неё был в жизни значимый мужчина, который бы дал ей крылья, если ей их не дали родители. И вот он меня так назвал – Мила. Потом друзья меня называли Милок. Но прижилось уменьшительно-ласкательное от Людмилы – Мила. Меня называют Людмилой, Людой – я это имя люблю, это моё имя. А вот другие уменьшительные формы моего имени мне не нравятся. 

М.А.: Дайте совет начинающим специалистам.

Л.Г.: Начинающим специалистам совет такой: не верьте мыльным пузырям. Верьте в себя, всему свое время. Не начинайте с трудных процедур и проектов. Тот человек, который сидит на горе, он не с неба туда упал. Все мы поднимались на вершины своими шагами, не стыдитесь этого пути. Дай бог, чтобы у вас был лёгкий путь, но не нужно начинать с верхушки, иначе это будет падение. Начинайте по чуть-чуть, постоянно совершенствуйтесь. Я за молодое поколение, за подрастающего специалиста. Но я не люблю, когда молодое поколение не уважительно относится к более старшему, пытается сбить с нас корону, чтобы напялить её на себя. Я с такими людьми прерываю любое общение и даже если у меня просят помощи, не буду общаться, я закрываю двери один раз.

М.А.: Вы являетесь партнером Merz Aesthetics в Украине, расскажите почему выбрали именно эту компанию?

Л.Г.: С гидроксиапатитом у меня старое знакомство. И именно гидроксиапатит меня познакомил с Merz Aesthetics. Это моя давняя любовь. Скажу честно, у меня с ним было одно осложнение. Но я его официально на своей странице описала. В результате всё закончилось очень замечательно. Это был побочный эффект. Впоследствии я взяла и другие линейки Merz Aesthetics: Xeomin и Belotero. Я довольна. У меня это все в арсенале, так как я всегда выбираю качество. Merz Aesthetics – это компания, которая всегда привозит посылки с документами. Для меня это очень важно. У некоторых производителей этого не дождёшься, не добьешься, но я закончила с ними работать. Также мне нравится, что здесь доктора уважают как специалиста. Не из-за каких-то амбиций и регалий каждого, а к каждому доктору отношение именно как к доктору.